Позднесоветская столовая с лимонадом и буфетчицей

Фотореалистичная комедийная сцена в позднесоветской столовой. Вертикальный кадр 9:16, широкоугольная композиция. Стиль документального кино, с мягким, почти незаметным абсурдом — будто всё «случилось само собой». На переднем плане — массивные алюминиевые баки и кастрюли, как в обычной заводской столовой. Они старые, потёртые, с вмятинами и следами десятилетий эксплуатации. На каждом баке — один и тот же лимонад, но надписи разные, вручную, грубой кистью, чёрной краской — так, будто это часть официальной системы: - «Лимонад трудовой, утверждённый профкомом» - «Лимонад повышенной сознательности» - «Лимонад (план по газации выполнен на 146%)» - «Лимонад для передовиков производства» Буквы кривые, с потёками краски, но выглядят как абсолютно нормальная бюрократическая реальность. За стойкой — большая, добродушная советская буфетчица, максимально реалистичная, не карикатурная. Она спокойно разливает ярко-оранжевый «лимонад с дисциплиной» половником в гранёные стаканы. У неё усталое, но тёплое лицо человека, который давно понял жизнь столовой. Перед ней — идеально выстроенные ряды гранёных стаканов с ярко-оранжевым пузырящимся лимонадом. Всё выглядит привычно, как будто так и должно быть. На подносе лежат: - хлеб - сахар кусками - металлические ложки - салфетки со штампами На заднем плане — рабочие и инженеры спокойно стоят в очереди: - один ставит печать на талон «Напиток утверждён» - другой невозмутимо пьёт «лимонад повышенной сознательности» - третий читает газету «Труд», не замечая странных формулировок Интерьер — абсолютно аутентичный: - облупившаяся зелёная краска - старый кафель - влажный бетонный пол - металлические стойки с царапинами - жужжащие люминесцентные лампы - воздух слегка парит от горячих напитков На стене — выцветший плакат в стиле соцреализма: «Дисциплина в каждом глотке». Свет: холодный сверху, тёплый — от пара и напитков. Лёгкий плёночный шум, мягкая цветовая выцветшесть, документальная реалистичность. Юмор — тонкий, бюрократический и естественный, без карикатурности, будто это часть мира, а не шутка.